vkyoutubetwitterfacebook
www.afisha-irkutsk.ru

 

Этот день в
истории "Зенита"
17
декабря
архив


В эвакуацию под Казань в июле 1941 года отбыло немногим более десятка игроков «Зенита», даже не весь основной состав. Ушёл добровольцем на фронт и сложил свою голову в первый же год войны защитник Самуил Козинец. А что же остальные?

 

07052017

 

Ленинград

 

Остальные, в большинстве своём, остались в Ленинграде, трудясь на благо победы на предприятиях города. Многие из них в 1942 году приняли участие и в давно ставших легендарными блокадных матчах.

 

О самих блокадных матчах уже написано немало, так что не будем повторяться. Тем более, прямого отношения к истории «Зенита» они, пожалуй, не имеют – всё же, основа команды находилась в тысяче километров от родного города, а главную роль в этих героических матчах играло ленинградское «Динамо», встречавшееся с разными вариантами сборной команды «Н-ского завода». Однако отметить участников этих встреч, непосредственно с «Зенитом» связанных, необходимо. Тем более, их было немало.

 

Но сначала составы команд, принимавших участие в первом, ныне признанном «каноническим» блокадном матче 31 мая 1942 года:


«Динамо»:
В. Набутов; М. Атюшин — В. Иванов; Б. Орешкин — В. Фёдоров — А. АловК. Сазонов — Е. Улитин — А. Фёдоров — А. Викторов — Г. Московцев


«Н-ский завод»:
И. Куренков; А. Фесенко — Г. МедведевА. Зябликов — А. Мишук — А. Лебедев; Н. Горелкин — Н. Смирнов — И. Смирнов — П. Горбачёв — В. Лосев


«Динамо» почти полностью было представлено футболистами, действительно до войны выступавшими за этот клуб, благо большинство из них либо служили в городе в рядах милиции, либо воевали неподалёку, на Ленинградском фронте. В то время как команда «Н-ского завода» была несколько более «разнородной». Её костяк составляли бывшие и настоящие игроки «Зенита», по разным причинам не отправившиеся в эвакуацию с основным составом. Но всё равно, полноценный состав набрать не удалось, а потому оставшиеся вакансии заполнили футболисты, прежде на уровне команд мастеров никогда не игравшие. Также в команде не нашлось ни одного вратаря, и место в воротах заводчан занял защитник Иван Куренков.


А теперь о зенитовцах – участниках первого блокадного матча.


Александр Зябликов – полузащитник «Зенита» ещё с «заводских» времён, одна из самых ярких фигур в его довоенной истории, капитан команды, незаменимый игрок основы 1935-1941, рекордсмен довоенного «Зенита» по числу проведённых в его составе официальных матчей. В эвакуацию не поехал, стал одним из главных организаторов блокадных матчей.
Георгий Медведев – защитник «Зенита». Также являлся игроком основы команды в 1941 году, но в эвакуацию тоже не поехал.
Алексей Лебедев – полузащитник «Зенита» 1939-41. В Казань с основным составом не уехал, оставшись работать на родном заводе.
Николай Смирнов – нападающий «Зенита». Звёздные годы будущего обладателя Кубка СССР 1944 года были ещё впереди, а в 1941-м этот 19-летний инсайд выступал за молодёжный состав «Зенита».
Анатолий Мишук – полузащитник «Зенита» 1930-40-х. В 1941-м перешёл в ленинградский «Спартак», но в 1943-м вновь вернулся в «Зенит», хотя больше официальных матчей в его составе не играл.
Иван Куренков – защитник. Капитан и ключевой игрок обороны кубкового «Зенита» 1944 года. В довоенные годы выступал за ленинградский «Спартак».
Пётр Горбачёв – полузащитник. Почти всю свою карьеру также посвятил ленинградскому «Спартаку», но в послевоенные годы, в возрасте уже ветеранском, недолго поиграл и за «Зенит».
Иван Смирнов – нападающий. В клубных чемпионатах СССР выступал за ленинградскую «Красную Зарю», но в 1940-м перешёл в «Зенит», за который успел провести несколько матчей.


Большинство из них в годы блокады трудилось в цехах этого самого «зашифрованного» на военное время Н-ского завода или государственного завода №371 – довоенного шефа «Зенита», ленинградского Металлического завода им. Сталина, ЛМЗ. На Ленинградском фронте воевал Иван Куренков, а Георгий Медведев водил машины по ладожской Дороге Жизни. Остались в блокадном городе и игроки основного состава «Зенита» предвоенного 1941 года вратарь Борис Грищенко и нападающий Александр Коротков, но принять участие в этих матчах не смогли из-за сильного истощения.


Стоит отметить и игроков «Динамо», нападающих Константина Сазонова и Аркадия Алова. Первый выступал за «Зенит» (тогда ещё «Сталинец») в 1936-1937 г.г., прославившись тем, что стал автором одного из двух голов, забитых сборной Ленинграда в ворота непобедимых басков в 1937 г. После чего был немедленно призван под знамёна ленинградского «Динамо». Второй же, напротив, начинал и почти всю свою карьеру провёл в «Динамо», а за «Зенит» поиграл лишь на склоне лет, в конце 1940-х. В 1950-х и 1960-х и тренировал его. Был тренером «Зенита» в 1960-х и харизматичный капитан «Динамо», полузащитник Валентин Фёдоров, но поиграть за него ему не довелось.


10 из 22 игроков первого блокадного матча, имевших непосредственное отношение к «Зениту», всё же, не дают нам оснований для утверждения, что встречались тогда ленинградские «Динамо» и «Зенит». Зато дают все основания упомянуть об этом героическом событии в летописи «Зенита».

 

zlg


Блокадный матч в Ленинграде


Неделю спустя, 7 июня 1942 состоялся и второй блокадный матч, как его тогда называли – «матч-реванш» (в первом победу одержало «Динамо» 6:0). Встречались те же команды, только составы их немного изменились. За команду Н-ского завода выступали те же семеро зенитовцев (отсутствовал только игравший в первом матче Горбачёв), но сменился вратарь: вместо защитника Куренкова пост №1 занял Владимир Понугаев, известный ленинградский... хоккеист. К тому же, всю свою хоккейную карьеру отыгравший в поле. Однако, судя по всему, амплуа футбольного вратаря далось будущему основателю ленинградского хоккейного СКА легче, чем Куренкову, и матч-реванш завершился со счётом 2:2.


После этого футбольные встречи в блокадном городе стали едва ли не регулярными. Осенью 1942-го был проведён даже блиц-турнир среди команд призывников, а в 1943 году возобновлён розыгрыш прерванного в 1941-м старейшего футбольного турнира страны, чемпионата Ленинграда. Но это уже другая история.


Казань


Вернёмся под Казань, в деревню Дербышки, к зенитовской основе, которая, трудясь на стройках и лесозаготовках, пережила первую суровую военную зиму 1941/42 г.г. С наступлением весны обстановка в тылу несколько стабилизировалась. Шок и паника, вызванные катастрофическими неудачами первых месяцев войны и последующей за ними тяжелейшей морозной зимой, постепенно прошли. Победоносное продвижение немецких войск, летом и осенью прошлого года порой исчисляемое десятками километров в день, приостановлено, а кое-где и вовсе остановлено окончательно. Красная Армия вгрызлась в землю, блицкриг был сорван. Тыл зажил, хоть и по-прежнему сверхнапряжённой и полуголодной, но куда более «ритмичной» и размеренной жизнью.


Ушли в прошлое изнурительные 12-14-часовые рабочие дни, после которых единственным желанием было упасть в кровать и забыться тяжёлым сном. У эвакуированных игроков «Зенита» появилась возможность проводить более-менее регулярные тренировки, которые начались как раз в 1942 году. Тренировки проводили после основной работы, по мере возможности стараясь сделать их ежедневными, тренировались по 2-3 часа. В тёплое время пинали мяч на лужайках вокруг деревни Дербышки. В холода же по договорённости с директором местного завода футболистам был предоставлен пустующий огромный деревянный ангар размером едва ли не с половину футбольного поля и с потолками за 10 метров высотой.


Конечно, ни о каком комфорте не могло быть и речи, тренироваться в таком помещении было не только неудобно, но и небезопасно. Асфальтированный пол, тусклое освещение, полное отсутствие отопления, сколоченные из досок импровизированные ворота... Но главное – толстые деревянные столбы, подпирающие высоченный потолок и стоящие прямо на «поле». Они-то и представляли главную опасность для футболистов – столкновения на полном ходу с такими препятствиями были крайне болезненными. Впрочем, выбирать не приходилось, радовались и этому.


К лету оживилась и футбольная жизнь в Поволжье. Благо, кроме зенитовцев, эвакуировались в тот район и многие другие футболисты команд мастеров. В первую очередь, динамовских – ведь с началом войны именно в Казань был переведён Центральный Совет спортивного общества «Динамо». И ещё в 1941-м на Волге появились киевские динамовцы Лайко, Щегодский, Махиня, Идзковский, к которым присоединилась большая группа игроков из «Динамо» ленинградского – Быков, Забелин, В. Лемешев, Василенко, Вик. Фёдоров...


Под руководством московского тренера Виктора Дубинина («автора» первого в истории отечественного футбола «золотого дубля», к которому он привёл московское «Динамо» в 1937-м), все прибывшие в Татарстан динамовцы объединились под флагом казанского «Динамо» и в таком составе защищали цвета этого клуба на различных соревнованиях, организовывавшихся в те годы. К примеру, в розыгрыше проводившегося в августе 1942 года Кубка Татарии, в финале которого ожидаемо встретились команды «Динамо» и «Зенит». И никого не обманывал факт того, что в прессе оба эти клуба назывались казанскими – все прекрасно понимали, что являются свидетелями привычно-принципиального ленинградского «дерби», пусть и немного «разбавленного» игравшими в «Динамо» киевлянами.


Финальный матч между старыми соперниками получился исключительно грубым. Впрочем, и прежде, в довоенных чемпионатах, встречи ленинградских команд друг с другом порой также проходили в обстановке далеко не добросердечной. Не имея возможности составить более-менее серьёзную конкуренцию мощным московским командам в борьбе за призовые места, ленинградцы в рамках чемпионата СССР устраивали, своего рода, «мини-первенство» города. И победа, к примеру, над земляками-динамовцами для игроков «Зенита» порой значила даже больше, чем локальные турнирные успехи в самом чемпионате – важно, чтобы итоговое место непременно было выше, чем у земляков. Пусть даже оно будет десятым или двенадцатым. Аналогично и для динамовцев – ведь именно «Зенит» и «Динамо» стали доминировать в ленинградском футболе в предвоенные годы, особенно, после вылета из группы А «Красной Зари». Потому и проходили эти «внутригородские» разборки в жёсткой, бескомпромиссной борьбе, нередко за гранью фола.


Вот и в Казани, вновь сойдясь на поле в привычной яростной схватке, ленинградцы, как прежде, дали волю чувствам, неимоверно обострённым, к тому же, общей обстановкой вокруг. И в середине второго тайма, когда игра при счёте 1:1 превратилась в откровенную рубку и полностью вышла из-под контроля арбитра, тот почёл за благо её остановить. Разразился скандал, поволжские газеты гневно заклеймили футболистов за поведение, несовместимое с «высоким званием советского спортсмена», начальники всех рангов также отметились грозными нотациями в адрес команд-финалистов. И когда через пару недель, в начале сентября 1942 года, состоялась переигровка финала, «пристыженные» футболисты были тише воды и ниже травы: в матче, прошедшем подчёркнуто корректно, миролюбиво и даже доброжелательно, более техничные динамовцы вполне ожидаемо оказались сильнее и победили со счётом 2:1.


Завершили свой первый футбольный сезон военного времени зенитовцы коротким осенним турне по стадионам Средней Азии, после чего заглянули в Омск. Где как раз в это время восходила ярчайшая звезда эвакуированного в этот город с ленинградским заводом «Прогресс» 20-летнего Всеволода Боброва. Но это уже точно совсем другая история.



Дмитрий Догановский.

«Зенит» в годы войны. Часть 1, год 1941-й

 

 

 

Нравится